Возникновение «дела врачей»

Возникновение «дела врачей». Кульминацией политическим вопросам и заключительным актом борьбы за власт ь в период послевоенного сталинизма стала «Дело врачей». Факты, которые стали известны в последние годы, не позволяют соблюдать той упрощенной версии развития событий, которая доминировала во годов в советской историографии. Согласно этой версии, в 1951 г. один из следователей МГБ М.Д. Рюмин сообщил И.В.Сталину в письме о существовании широкой заговора «еврейских буржуазных националистов», инспирированной американской разведкой. М.Д. Рюмин при этом сообщил «вождя», что об этом заговоре знает министр госбезопасности В.С. Абакумов, но по неизвестным причинам скрывает информацию, полученную от арестованного в том же 1951 профессора медицины Я.Г. Этингер. А чтобы этот профессор не мог его разоблачить, В.С. Абакумов якобы приказал убить его в тюрьме.

Причиной появления письма М.Д. Рюмина считалось тривиальное желание следователя МГБ «подсидеть» своего шефа-министра В.С. Абакумова. Сегодня известно, что «дело врачей» была хорошо подготовлена широкомасштабной акцией, которая должна была дать необходимый для ее организаторов мощный эффект.

Так называемый «лист М.Д. Рюмина »обсуждался в ЦК ВКП (б), а редактировал его будущий министр госбезопасности С.Д. Игнатьев. М.Д. Рюмин, возможно, давал лишь дополнительную информацию. И, главное, эта акция осуществлялась с ведома и согласия Г.М. Маленкова.

Относительно профессора Я.Г. Этингер, то его действительно использовали, но другие лица и других интересах. Арест московского профессора медицины состоялся на основании письма министра МГБ В.С. Абакумова на имя И.В. Сталина, в котором утверждалось, что Я. Этингер вел антисоветские разговоры в собственной квартире по телефону с сыном. «Вождь» дал согласие на арест.

Сначала Я.Г. Этингер допрашивали только тех вопросов, которые содержались в письме И.В. Сталина. Разработка любых новых сюжетов его преступной деятельности могла начаться только с разрешения высокого начальства или в том случае, если арестован сам нарушал другие вопросы и вспоминал фамилии. Из протоколов допросов Я.Г. Этингер нельзя сказать, что он назвал большую группу собеседников или единомышленников. Значит, кто-то из членов высшего руководства страны дал команду использовать Я.Г. Этингер для разработки большого политического дела.

Именно после его смерти при невыясненных обстоятельствах появился так называемый «Письмо М.Д. Рюмина »И.В. Сталину о якобы сообщенные ему профессором факты подготовки террористических актов против членов советского правительства. Главным вдохновителем этих событий, безусловно, был Г.М. Маленков. Он был заинтересован в дискредитации МГБ и лично министра В.С. Абакумова, ибо знал, что Г.М. Маленков стоял за фальсификацией «ленинградского дела», именно его политический заказ исполняли «заплечных дел мастера» из ведомства министра МГБ, выбивая признание с А.А. Кузнецова, М.А. Вознесенского и других. И теперь В.С. Абакумов составил большую опасность для «заказчика», как свидетель его нехороших дел. Ведь Г.М. Маленков был одним из немногих сообщников И.В. Сталина, который в последние годы жизни «вождя» пользовался его доверием и, безусловно, готовился принять часть его огромной власти.

Цель дискредитации В.С. Абакумова и всего аппарата МГБ за помощью «письма М.Д. Рюмина »было достигнуто. Письмо было датировано 2 июня 1951 4 июля И.В. Сталин снял с должности министра МГБ, а вскоре - 12 июля 1951 В.С. Абакумов был арестован, хотя входил к этому времени в круг наиболее доверенных лиц «вождя». Новым министром госбезопасности был назначен С.Д. Игнатьев, который до сих пор занимал должность заведующего одного из отделов ЦК партии. Небывалый взлет произошел и в карьере М.Д. Рюмина. С рядового следователя он превратился в генерала, заместителя министра и начальника следственной части по особо важным дел, непосредственное руководство которым фактически осуществлял лично И.В. Сталин. Следствие по «делу врачей» было поручено М.Д. Рюмину и новому министру госбезопасности С.Д. Игнатьеву.

Острой критике подверглись и Министерство государственной безопасности. 11 июня 1951 ЦК ВКП (б) принял секретное постановление «О неблагополучное положение в МГБ СССР ». Новому министру МГБ и М.Д. Рюмину была поставлена ??задача - разоблачить группу врачей, которые проводили вредительскую работу против руководителей партии и правительства. Чистка кадров в Лечебно-санитарном управлении (ЛСУ) Кремля началась в сентябре 1952 г. Более двух десятков профессоров-консультантов был освобожден. 4 ноября 1952 был арестован личный врач И.В. Сталина академик В.М. Виноградов, через десять дней - профессор М.С.

Вовсе , а затем другие известные столичные врачи. Министр МГБ С.Д. Игнатьев отчитался И.В. Сталину относительно дела «Врачей-террористов» в ноябре 1952 г. В отчете была изложена история следствия, проведенного на основании решения ЦК ВКП (б) от 11 июня 1951.

Была создана следственная группа, которая изучила все данные, включая агентурные наблюдения и тайное подслушивание медицинского персонала ЛСУ Кремля, и оценила его работу как неудовлетворительную. Особое внимание следственной группы привлекли «дела» секретарей ЦК ВКП (б) А.С. Щербакова и А.А. Жданова. Методы их лечения были признаны умышленно преступными. Все врачи, которые лечили А.А. Жданова в последние годы его жизни, были арестованы.

В такой удобном ситуации потребовались и письма Л.Ф. Тимашук. Им был дан такой «ход», от которого их автора охватил ужас. Ее письма стали основой для фабрикации политического дела для десятков врачей, чего Л.Ф. Тимашук, конечно, не планировала. В письме, адресованное секретарю Верховного Совета М.М. Пегова, она пишет: «Разве я могла подумать, что мои письма, подсказаны моим лекарственным совестью, которые затрагивали вопросы диагноза, лечения и режима больного, станут почти через пять лет основанием для «Дела» о многих врачей, которых я знала ».

Безусловно, «делу врачей» было предоставлено такого характера и размаха, которые ничего общего с реальным положением не было. Вместе с тем, опираясь на хорошо известные факты, нельзя не признать, что советские врачи, особенно с сталинского окружения, не раз демонстрировали профессиональную недобросовестность из-за страха перед властью или в угоду ей. Это было хорошо известно и И.В. Сталину. Он помнил выводы о смерти его жены Надежды Алилуевои, которая в 1932 г. покончила жизнь самоубийством, но по официальной версии послушных врачей умерла от аппендицита. Ему было известно и о медицинских выводы о смерти С. Орджоникидзе, который тоже совершил самоубийство, но соответствии с ними умер от паралича сердца. Кроме того, В.М. Виноградов, Н.С. Вовси, Е.М. Гельштейн, В.Ф. Зеленин и Б.Б. Коган в 1937 г. обвинили одного из известных врачей Д.Д. Плетнева в «вредительских методах» лечения М. Горького, и он был приговорен к тюремному заключению сроком на 25 лет, а 11 сентября 1941 расстрелян в Орле. Таким образом, достаточно было нескольких умело подобранных фактов, чтобы вызвать у И.В. Сталина огромный гнев и недоверие к коварным врачам.