Николай Первый. «Апогей самодержавия»

 

Николай ПервыйВторая четверть XIX в. вошла в историю России как «николаевская эпоха» или даже «эпоха николаевской реакции». Император Николай I (1825 — 1855 гг.) был третьим сыном Павла I. Ситуация, при которой он мог бы занять престол, казалась всем маловероятной, и поэтому к высшей власти его не готовили. Воспитатель Николая  генерал М.И. Ламздорф смог привить ему любовь к ратному делу и стойкое отвращение ко всем наукам, не имеющим прямого отношения к войне. Современники в один голос называли доминирующей чертой характера этого императора солдафонство, именуя его «Высочайшим фельдфебелем», «коронованным Держимордой», «Николаем Палкиным» и т.д. Другой важной чертой характера Николая I было обусловленное узостью его кругозора упорное неприятие чужого мнения. По словам историка С.М. Соловьева, «он был воплощенное: “Не рассуждать!”». При этом император свято верил, что он, в принципе, не может ошибаться в силу своего высокого положения. Многие сложные вопросы казались ему простыми, а в неудачах он всегда был склонен обвинять плохих исполнителей монаршей воли и своих многочисленных недоброжелателей — болтунов-либералов, заговорщиков-революционеров, шпионов-европейцев и др. Всех их он люто ненавидел. Важнейшим лозунгом Николая I стало: «Революция на пороге России, но, клянусь, она не проникнет в нее, пока во мне сохранится дыхание жизни».

С другой стороны, известно, что Николай I был очень цельным, энергичным, работоспособным и скромным в быту человеком. Он всем сердцем переживал за судьбу своей страны, старался лично вникать во все государственные проблемы. Идеалом монарха он считал Петра Великого и старался, по мере сил, походить на него.

Как известно, первым серьезным делом нового императора стало следствие и суд над декабристами. Он внимательно изучил всю эту печальную историю и сделал из нее выводы, ставшие, своего рода, консервативной программой его царствования.

Во-первых, государство должно быть всегда в курсе общественных настроений и своевременно пресекать крамолу. Для этого необходимы специальные органы, возглавляемые преданными людьми.

Во-вторых, лучше, чтобы не было вообще никаких общественных настроений, а тем более — инакомыслия. Поскольку мысли, а соответственно и инакомыслие возникают от чтения и образования, то доступ к просвещению должен быть ограничен.

В-третьих, нельзя доверять русскому дворянству. Оно лениво, свободолюбиво и склонно к мятежам. Главной опорой престола должна стать многочисленная бюрократия, находящаяся в полной зависимости от воли государя.

В-четвертых, инициатива общественных преобразований может исходить только от императора, при этом реформы не должны затрагивать основ существующего строя.

В-пятых, обществу необходима консолидирующая доступная консервативная идеология (национальная идея).