Присутствие Русской империи на Украине

Сторонники русского самодержавия часто оправдывали его целесообразность большими размерами и многонациональным составом империи. Наиболее ярко это сформулировал один из величайших среди многих украинских, которые стали на службу империи, кроме того, известен как патриот родной ему Украины - князь Александр Безбородко: «Россия - это страна самодержавная. Учитывая ее размеры, разнообразие населения и обычаев и много других соображений самодержавие является для России единственной естественной формой управления. Все отрицание этого утверждения бесплодные, поскольку малейшее послабление самодержавной власти приводят к потере многих провинций, к ослаблению государства и принесет людям неисчислимые бедствия ». Исходя из таких представлений, чиновничество правило империей так, будто она состояла только из одного народа - русских, - и игнорировало различия национального происхождения и исторических традиций многих других ее подданных.

 

Поскольку за своей речью и культурой украинского были около родственными русскими, то правительство вскоре стал рассматривать Украину как по сути российский край. Когда в имперского чиновника кто-то спросил (правда, немногие решились бы сделать это), по какому праву управляет Россия большей частью украинских земель, ответ был бы подобной надписи на медали, отчеканенной в 1793 г. в честь Екатерины II: «Я повернула то, что было оторвано ». В этом смысле Украина всегда была неотъемлемой частью России, некоторое время отделенной от нее в силу исторической «случайности». Различия, существовавшие между русскими и украинский, убеждал бы имперский бюрократ, возникли именно в результате этого временного отделения. Теперь, воссоединившись с россиянами, украинские, или «малороссы», должны потерять свои отличительные черты и стать «настоящими русскими». Поэтому политика правительства, направленная на ускорение этого «естественного» процесса, проводилась до самого распада империи.

Конкретной и повсеместной признаком имперского присутствия на Украине была армия. ее многочисленные залоги и форты усивалы всю страну, а ее командиры облагали население обременительными повинностями. Страшной военной повинностью был призыв в армию, внедренный на Украину в 1797 г. Для тех неудачников, которые попадали в руки вербовщиков, срок службы составлял 25 лет. Через нечеловеческую муштру и частые войны такой срок считали равносильным смертному приговору. Неудивительно, что рекрутов нередко перевозили закованными в кандалы, а господа наказывали строптивых крестьян, отдавая их в солдаты.

 

Продолжая милитаристскую политику в управлении страной, Александр 1 и его фанатично предан авторитарным методам министр Алексей Аракчеев в период между 1816 и 1821 начали основывать ненавистные военные поселения. Около 500 тыс. солдат полученной разрешение строить поселения вроде военных лагерей, в которых каждый аспект частной жизни, в том числе разрешение на брак и иногда даже право иметь детей, подчинялся строгим и подробным инструкциям. На Украине существовало около 20 таких поселений. Однако эти душные порядки дали противоположные ожидаемым плоды и к 1857 г. большинство военных поселений был расформирован. Это был довольно красноречивый пример попыток царской бюрократии подчинить гражданскую жизнь воинской дисциплине.

 

Процесс внедрения на украинских землях имперских структур власти начался еще в 1770-х годах, но окончательную форму он приобрел лишь в 1830-х. Тогда Украина была разделена на девять губерний, которые составляли три отдельных регионах. В Левобережной Украине, где традиции казачества и старшины оказывались сильнее, входили Черниговская, Полтавская и Харьковская губернии; недавно захваченное Правобережье, где польская шляхта, по-прежнему заправляла общественно-экономической жизнью украинских крестьян и где в городах проживали преимущественно евреи, состояло из Киевской , Волынской и Подольской губерний, наконец, новоосвоений Юг, некогда принадлежавший запорожцам и Крымскому ханству, делился на Екатеринославскую, Херсонскую и Таврическую губернии. Каждая губерния делилась на уезды, которые в свою очередь включали города и села.

 

Иерархия чиновников, которые правили в этих административных единицах, была одинаковой во всей империи. Во главе губерний стояли губернаторы, назначаемые царем. Губернатору помогали чиновники, занимавшиеся такими делами, как общественный порядок, образование и налоги. Верхний слой административного аппарата преимущественно состоял из профессиональных чиновников. Однако на уездном уровне и ниже многие чиновники - в частности начальник жандармерии, предводитель дворянства, судьи - избирались местными дворянами из своей среды. Империи просто не хватало профессиональных чиновников для удовлетворения всех потребностей.

Вообще новая система управления имела пагубные последствия для старых городов Украины, большинство из которых пользовались самоуправлением согласно древним Магдебургским правом. В 1835 году Киев последним среди городов утратил особый статус. предполагавшегося этим правом. С тех пор большинство украинских городов перешли в подчинение губернской администрации. На низком административном уровне - в селе - за соблюдение законопорядка отвечало местное дворянство.

 

По социальному происхождению члены администрации, которая осуществляла ежедневное управление на Украине XIX в., Главным образом были бюрократизированной дворянами. Высокие должности, такие как губернаторская, конечно занимали чиновники из влиятельных аристократических родов, в то время как должности среднего уровня занимали средние дворяне. Скромные посты делопроизводителей и писарей были сферой мещан и сыновей священников, Крестьяне почти никогда не поднимались даже до самых незначительных должности.

Этнический состав бюрократии на Украине менялся в зависимости от региона. На Левобережной Украине, где потомки старой казацкой старшины получили дворянские права, среди высших чиновников случались такие хорошо известные украинские фамилии как Милорадович, Миклашевский, Кочубей, Завадовский, Капнист и Полетика. На Правобережье преобладали поляки и россияне. На Юге, куда стекался народ со всей империи, чиновничество по своему происхождению было очень ре зноманитним, хотя и здесь преобладали русские. Интересно, что неросиянин, приставая в ряды чиновников, как правило, русел и при этом становился более «русским», чем сами русские.

 

Имперская бюрократия была организована по военному образцу - со своими чинами и мундирами, ее представители нередко «славились» способностью ползать перед начальством и одновременно унижать подчиненных. При отсутствии конституции, которая защищала бы права человека, чиновник мог вмешиваться в частную жизнь людей, что часто и случалось. Малоприятная присутствие чиновничества несколько помьякшувалася его относительно небольшой численностью: сравнительно бедна Российская империя могла позволить себе содержать на каждые 10 тыс. населения лишь около 12 чиновников. На Западе это соотношение было в три-четыре раза больше.

Неспособность российского правительства обеспечивать своих чиновников достаточным жалованьем порождала коррупцию, на которую он молча закрывал глаза, особенно на коррупцию местных масштабов. Пока чиновники обеспечивали казну определенной суммой денег, правительство мало волновало, сколько денег они сдирали с населения себе. Но если россияне уже привыкли нести бремя бюрократизированной системы, то для украинских начале XIX в. это явление было еще новым и чужим. Возможно, этим и объясняется тот факт, что именно украинские Николай Гоголь в своей знаменитой пьесе «Ревизор» (1836 г.) создал такую блестящую сатиру на имперскую бюрократию.

К царю Николаю 1 (1825-1853) в Российской империи существовал лишь неофициальный и несистематический полицейский надзор. Но в 1826 г., как уже было сказано, поражен восстанием декабристов, царь учредил Третий отдел собственной его императорского величества канцелярии, начав регулярную тайную полицию. Хотя ее основной персонал сначала был относительно небольшим. Третий отдел нанимал многочисленных доносчиков, которые ходили по ярмаркам, кабакам, посещали университетские лекции и другие общественные собрания и обращали пристальное внимание на взгляды и поведение, вызвали подозрение. Цензура как средство подавления потенциальной оппозиции использовалась в России всегда, но в правление Николая 1 она стала строже, чем когда-либо; частности, действовали специальные комитеты, которые тщательно проверяли все, что выходило в свет. Попытки царя поставить под контроль неразрешенные идеи дали основания крупнейшему поэту Украины Тарасу Шевченко с иронией заметить, что «от молдаванина до финна на всех языках все молчит, ибо благоденствует».

И все же несмотря на свою репрессивную природу империя никак не была чисто полицейским государством. Скорумповане, малоэффективно и разбросано по огромной территории чиновничество не могло и не желало выполнять все инструкции, которые потоком лились из столицы. Всегда можно было найти чиновника, с доброты или за взятку мог закрыть глаза на незначительные нарушения закона или же смягчить назначен приговор. К тому же тем немногим, кто имел для этого достаточно денег, разрешалось путешествовать за границу затем среди правящей верхушки распространялись западные влияния, тоже смягчало несправедливости режима.