Переяславское соглашение

В последние дни 1653 московское посольство во главе с боярином Василием Бутурлиным встретилось с гетманом, его полковниками и генеральным штабом Войска Запорожского в Переяславе, возле Киева. 18 января 1654 Хмельницкий созвал совет казацкой верхушки, на которой было принято окончательное решение о переходе Украины под покровительство царя. В тот же день было созвано людей на городскую площадь, где в своем выступлении гетман отметил потребности Украины в Верховном обладатели, назвал четырех потенциальных кандидатов на эту роль: польского короля, крымского хана, турецкого султана и московского царя - и заявил, что наилучшим для этого есть православный царь. Доволен тем, что выбор пал на православного правителя, толпа одобрительно отозвался на речь гетмана. Тогда Бутурлин, Хмельницкий и присутствует там казацкая старшина вошли в городской церкви, чтобы скрепить это решение общей присягой.

И неожиданный случай завел дело в тупик. По принятой в Польше традиции Хмельницкий надеялся, что присягать обе стороны, - украинские поклянется на верность царю, а тот пообещает защищать их от поляков и уважать их права и привилегии. Но Бутурлин отказался присягать от имени своего монарха, говоря, что в отличие от польского короля царь является самодержцем и не присягает своим подданным. Раздраженный отказом Бутурлина, Хмельницкий гордо вышел из церкви, пригрозив вообще отменить сделку. Однако Бутурлин упрямо стоял на своем. Наконец, опасаясь потерять поддержку царя через, казалось бы, прямехонько формальность, Хмельницкий согласился дать клятву на верность царю.

Вскоре после того по 117 городам Украины было разослано царских чиновников, перед которыми 127 тыс. людей поклялись на верность царю Алексею Михайловичу и его преемникам. Полный драматизма инцидент в Переяславской церкви осветил отличие политических ценностей и традиций, с которыми обе стороны подошли к заключению соглашения. Но несмотря на все эти различия подписания Переяславского соглашения стало поворотным пунктом в истории Украины, России и всей Восточной Европы. Ранее изолированная и отсталая Московия сделала гигантский шаг вперед на пути превращения в великую державу. А судьба Украины стала во всем - хорошем и злом - неотъемлемо связанной с судьбой России.

 

Из-за конфликтов, которые позже возникали между русскими и украинский, оценка соглашения, которая соединила их страны, была предметом частых споров ученых. Дело осложнялось тем, что оригинальные документы утеряны, сохранились лишь неточные копии или переводы. К тому же российский архивариус Петр Шафранов доказывает, что даже эти копии сфальсифицированы царскими переписчиками. Всего предлагалось пять основных толкований Переяславского соглашения. По мнению российского историка права Василия Сергеевича (ум. 1910), соглашение представляло собой унию между Московией и Украиной, по которому обе стороны имели общего монарха, сохраняя каждая свое отдельное правительство. Другой специалист по российскому праву Николай Дьяконов (ум. 1919) доказывал, что, соглашаясь на «личное подчинение» царю, украинские безусловно соглашались на поглощение их земель Московским царством, и потому это соглашение было «реальной унией». Такие историки, как русский Венедикт Мякотин и украинских Михаил Грушевский, считали, что Переяславская уг ода было формой вассальной зависимости, при которой сильная сторона (царь) соглашалась защищать более слабую (украинский), не вмешиваясь в ее внутренние дела; Украинский же обязывались платить царю налоги, предоставлять военную помощь и т. д. Другой украинский историк - Вячеслав Липинский - предлагает мнение, что соглашение 1654 г. была не чем иным, как лишь временным военным союзом между Россией и Украиной.

Последнее толкование Переяславского соглашения стоит особняком от других. В 1954 г. во время пышных празднований 300-летия украинских-российского союза в СССР было объявлено (правда, не учеными, а Коммунистической партией Советского Союза), что Переяславское соглашение стало кульминационным моментом в вековом стремлении украинских и русских к воссоединению и воссоединение этих двух народов было основной целью в 1648 г. По официальной советской теорией, величие Хмельницкого заключается в его понимании, что «спасение украинского народа возможно только в единстве с великим русским народом». Правда, в середине 1960-х годов по крайней мере один советский ученый - Михаил Брайчевский - подверг этот взгляд сомнения (что имело катастрофические последствия для его карьеры), однако для всех советских ученых поддержка партийной интерпретации соглашения оставалась обязательной.