Польша - жертва Второй Мировой Войны

Война 2Правительства Великобритании и Франции благосклонно наблюдали за усилиями немецкой дипломатии, которая пыталась расширить круг участников Антикоминтерновского пакта. Когда генерал Ф.Франко заявил, что присоединится к направленного против СССР пакта только при условии признания его правительства большими государствами Европы, Великобритания и Франция не заставили себя долго ждать. 27 февраля 1939 г. они признали правительство Франко и разорвали свои отношения с испанским правительством Народного фронта. После этого Испания вошла в Антикоминтерновского пакта. Через несколько недель после захвата Польшей части чехословацкой территории за полного согласия Германии и Италии Й. Риббентроп предъявил польскому правительству счет.

 

Польша должна была согласиться на возвращение Германии Свободного города Данциг с округой и на создание экстерриториального автомобильного и железнодорожного связи между Германией и отрезанной от нее польской территории Восточной Пруссией. Польское правительство уклонился от ответа. В начале января 1939 г. Гитлер и Риббентроп на встречах в Берлине с польским министром иностранных дел Ю.Беком начали требовать, чтобы Польша присоединилась к Антикоминтерновского пакта и выполнила условия урегулирования спорных проблем, которые Германия выдвинула в октябре прошлого года. В обмен на это руководители Третьего рейха обязывались поддержать польские планы захвата советской Украины. Бек не имел полномочий вести переговоры в таком ключе и предложил продолжить их в Варшаве.

 

Переговоры Риббентропа в Варшаве в конце января 1939 г. были неудачными. Ю.Бек заявил, что решение проблемы "польского коридора" встретит сильное сопротивление внутри страны, а присоединение Польши к Антикоминтерновского пакта резко усилит угрозу советского вторжения. В ответ на это рейхсминистр дал понять, что может оставить за собой право потребовать возврата всех земель, переданных от Германии Польши по Версальскому мирному договору.

 

В российской постсоветской историографии доказано, что немецко-польские контакты тщательно отслеживались в Кремле с помощью дипломатических и разведывательных каналов. Под этим углом зрения заслуживают внимания материалы совместной научной конференции, проведенной в Москве в декабре 1999 г. Институтом российской истории РАН и Институтом истории ГОСПОДИН. Участники конференции дали себе "карт-бланш" в высказывании позиции, которую они занимали относительно острых углов в проблеме советско-польских отношений межвоенного периода. Поэтому опубликован сборник статей читается с особым интересом.

 

С. Случ в статье "Польша в политике Советского Союза 1938-1939 гг." с осуждением цитировал антипольские высказывания советской историографии. Вместе с тем он осуждал руководителей Польши, которые якобы вели во второй половине 1930-х гг. "очень амбициозную политику, во многом лишенную реалистичной оценки ближайших перспектив международного развития". Переходя к конкретике, С. Случ обвинял Польшу в стремлении укрепить свои отношения с Берлином, чтобы, опираясь на его поддержку, реализовать свои территориальные претензии к другим государствам".

 

Здесь трудно найти логику. В отличие от Первой мировой войны, когда противостояние двух военно-политических блоков нарастало постепенно, еще с конца XIX ст. (за это время Италия успела поменять свой блок), в канун Второй мировой войны было трудно прогнозировать события. В Европе сложились три, а не две военно-политические силы, в результате чего стали возможными их различные комбинации.

 

Несомненным был лишь один факт: Польша находилась между двумя тоталитарными монстрами, а естественные союзники - Франция и Великобритания находились на большом расстоянии от нее. Единственное, что спасало - это враждебные отношения между Германией и Советским Союзом - межгосударственные и межпартийные. Однако каждый из двух противников имел свои агрессивные намерения в отношении Польши.

 

С. Случ использовал чрезвычайно интересный документ; письмо-инструкцию заместителя наркома иностранных дел СССР В. Потёмкина, присланный в начале апреля 1938 г. полномочному представителю во Франции Я. Сурицу. Советский полпред должен был через лояльных французских журналистов организовать антимонопольную кампанию в прессе, объясняя "судьбу, что ждет Польшу, если она и дальше пойдет по пути, намеченному Гитлером".

 

В этом письме Потемкин давал свой прогноз развития событий в треугольнике Берлин-Варшава-Москва. "Гитлер, - писал он, - учитывает неизбежность разгрома Польши нашими войсками. Когда мы займем некоторые области Польши, Германия сделает то же самое со своей стороны. Фактически, выполняя план Германии, Польша готовит себе четвертый разделение и потерю национальной независимости".

 

Исходя из того, что В. Потёмкин находился в небольшом кругу людей из окружения Сталина, которые разрабатывали внешнюю политику Кремля. С. Случ сделал обоснованный вывод о том, что возможность советско-польской войны и разделения Польши не исключалась уже весной 1938 г. К этому можно добавить, что в упомянутом конфиденциальном письме, как и в статье В. Потёмкина, опубликованной в апреле 1938 г. под псевдонимом в партийном журнале (говоря языком дипломатов, это был "утечка информации"), речь шла о территорию Польши безотносительно к ее составных частей - Западной Украины и Западной Белоруссии. Этот факт чрезвычайно показателен в связи с реальными событиями, которые произошли через полтора года. Даже в случаях, когда можно было бы показать обеспокоенность положением братских народов в соседнем государстве, советским дипломатам такое не приходило в голову.

 

Враждебность Гитлера, которая нарастала в 1938 г. в результате нежелания руководителей Польши решить проблему "коридора" в Восточной Пруссии, стала особенно опасной в связи с первыми контактами Третьего рейха с СССР, направленными на урегулирование немецко-советских отношений. В ноябре 1938 г. германский посол в Москве Ф. фон Шуленбург сделал попытку оживить экономические отношения между двумя странами. Попытка оказалась безрезультатной, но через месяц немецкое правительство через посла повторил свои предложения. На этот раз состоялись переговоры, которые закончились безрезультатно только через то, что стороны не сошлись в экономических вопросах. Тем временем в январе 1939 г. нарком иностранных дел СССР М.Литвинов узнал, что на немецко-итало-японских переговорах по поводу заключения военного союза Германия и Италия отказались от требования Японии предоставить этом союза исключительно антисоветскую направленность.

 

Вследствие этого на XVIII съезде ВКП(б) в марте 1939 г. И. Сталин достаточно спокойно отреагировал на внешнюю политику государств, которые сбивали Антикоминтерновский пакт. Одно из основных задач государственной партии в области внешней политики он сформулировал следующим образом: "сохранять осторожность и не давать втягивать в конфликты нашу страну провокаторам войны, привыкшим загребать жар чужими руками". Было понятно, что под провокаторами войны вождь имел в виду руководителей Великобритании и Франции, которые стремились за любую цену "канализировать" агрессию гитлеровской Германии на Советский Союз.

 

Март-апрель 1939 г. показали правильность прогнозов англо-французской разведки о возможности поворота немецкой агрессии с востока на запад. 14 марта словацкое правительство по подсказке из Берлина провозгласил выход из состава федеральной Чехословакии и образования самостоятельного государства под защитой Третьего рейха. 15 марта Германия оккупировала Чехию и провозгласила образование на ее территории двух протекторатов в составе рейха - Богемии и Моравии. Одновременно Венгрия с разрешения А. Гитлера аннексировала Карпатскую Украину. 22 марта Германия ввела свои войска в Клайпеду (бывший немецкий Мемель), переданную Литве в 1923 г. Лигой Наций под гарантии Великобритании и Франции. 28 апреля денонсировала соглашение с Польшей 1934 г. о мирное разрешение существующих проблем между двумя странами, а также аннулировала немецко-английский морское соглашение 1935 г. и поставила Великобритании требование вернуть свои бывшие колонии.

 

По распоряжению Гитлера от 3 апреля 1939 г. руководители вермахта начали разрабатывать план военной операции против Польши. Операция должна была начаться в любое время, начиная с 1 сентября.