Идея В. Ленина: Советский Союз

Начало СССРЧтобы в полной мере оценить суть сталинской идеи "автономизации", надо оттолкнуться от природы компартейного-советского политического режима. Термины "автономия" и "федерация" приобретали в его недрах совсем другой смысл, чем в государстве, построенной на демократических началах. Анализ трансформации содержания будет убедительнее, если мы отталкиваться от выводов Р.Пайпса. 

Партия большевиков, указывал Р.Пайпс, сделала ставку на федерализм, но не настоящий, когда государства - члены федерации являются равными и пользуются свободой самоуправления на своих территориях, а на специфический псевдофедералізм, который не давал ни равенства, ни самоуправления. При системе, которую Ленин установил в России, государственная власть в стране формально принадлежала иерархически организованным, демократически избранным советам. В действительности же, продолжал Пайпс, последние были только фасадом, за которым скрывался истинный суверен, коммунистическая партия. Такой строй оказался удобным при решении национального вопроса. Как только заселены нерусскими народами территории вновь завоевывались и вводились в состав новой, советской империи, они получали фикцию государственности при условии, что их учреждения тоже начинали контролироваться ("парализовываться", по словам Ленина) РКП(б). Что касается партии, то ее Ленин вовсе не собирался резать по национальному принципу. Результатом становилась подобие федерализма со всеми признаками государственности, способными якобы удовлетворить основные требования нерусского населения, за которой скрывалась жестко централизованная диктатура с центром в Москве.

Здесь почти со всем можно согласиться. И с определением советского псевдофедералізму, который не давал ни равенства, ни самоуправления. И с утверждением о жестко централизованную компартійну диктатуру с центром в Москве. И с констатацией удобства такого построения власти для решения национального вопроса...

И нельзя не согласиться с идеей о всевластия партии и безвластие советов, которая насквозь проходит через тексты Р.Пайпса. В.ленин создал столь совершенную конструкцию власти, что в ней через много десятилетий не могут до конца разобраться наиболее компетентные, опытные, идеологически не заангажированы исследователи.

В отличие от других тоталитарных режимов межвоенного периода, которые опирались только на созданные ими государственные структуры, коммунистический режим глубоко проникал в народные низы через систему "передающих пасов" - партию, советы, профсоюзы и т.д. Можно сколько угодно говорить о псевдофедеративні образования, полностью зависимы от компартийных комитетов. Но они строились с советских "кирпичей", а потому были реальной величиной. Реальность национальных республик, так же как угроза сепаратизма, что шла от них, осознавались кремлевскими вождями. Однако, в отличие от ближайшего окружения, Ленин желал иметь дело с национальными требованиями, когда те высказывались изнутри созданной им самим системы власти.

В.ленина вполне устраивала и "договорная федерация", которую он создал во второй половине 1920 г. По своей структуре эта федерация практически не отличалась от так называемого "военно-политического союза", созданного в середине 1919 г. Однако "договорной федерации" были недовольны и те, кто хотел бы "втянуть" формально независимые республики в Россию, и те, кто требовал ясности во взаимоотношениях между центральными ведомствами и национальными республиками. Когда один из руководителей национальной компартии заявлял с трибуны партийного съезда что не знает, в каких отношениях находятся Россия и Украина после заключения договора между ними, с "договорной федерации" надо было что-то делать.

В работе комиссии оргбюро Ленин не принимал участия. Приступ болезни, которая позже оказалась смертельной, заставил его перебраться в Горки. С августа 1922 г., когда состояние здоровья улучшилось, он стал принимать руководителей центральных ведомств и других работников. 25 августа в течение часа беседовал с Х.Раковським. Кажется, только из этого разговора вождь большевиков узнал о коллизии вокруг проблемы "автономизации" республик, что возникла. Сталин встречался с ним довольно часто, но не рассказывал о работе комиссии по совершенствованию федеративных отношений между республиками.

Заключительное заседание комиссии было назначено на 23 сентября. Х.раковский обратился к В.Куйбишева с просьбой перенести его на более поздний срок, но тот ответил, что это невозможно. Без участия Х.раковского комиссия под председательством В.Молотова (В.куйбышев ушел в отпуск) приняла документ, который начинался словами: "Признать целесообразным заключения договора между советскими республиками Украины, Белоруссии, Азербайджана; Грузии, Армении и РСФСР о формальном вступлении первых в состав РСФСР, оставив вопрос о Бухару, Хорезм и ДСР открытым". Итак, на пленум ЦК ВКП(б), который предназначался на 6 октября, комиссия оргбюро ЦК выходила с проектом "автономизации" независимых республик.

На этом заседании комиссии Г.Петровський предложил обсудить решение комиссии на бюро губернских партийных комитетов УССР и в центральных комитетах партии других национальных республик (которые не имели разделения на губернии). Это предложение было отклонено пятью голосами против четырех - представителей Украины, Грузии, Белоруссии и Азербайджана. Сталин не желал еще одного обсуждения, тем более на уровне губкомов Украины с заранее не определенным результатам. Он намеревался как можно быстрее, до возвращения Ленина в Кремль, предоставить проекта "автономизации" независимых республик форму решение ЦК РКП(б).

Накануне решающего заседания, 22 сентября генеральный секретарь ЦК РКП(б) вынужден был все-таки обратиться к вождю с официальным сообщением о результатах работы комиссии оргбюро ЦК и решения, которые должны быть приняты. Пояснительная записка Сталина, которая не публиковалась до последних лет горбачевской "перестройки", вполне откровенно раскрывала мотивы, которыми руководствовался генсек, как и все другие представители центральных российских ведомств: "За четыре года гражданской войны, когда мы в результате интервенции были вынуждены демонстрировать либерализм Москвы в национальном вопросе, мы успели воспитать среди коммунистов, вопреки своему желанию, настоящих и последовательных социал-незалежников, которые требуют подлинной независимости во всех смыслах и расценивают вмешательства Цека РКП как обман и ханжество со стороны Москвы. Мы переживаем такую полосу развития, когда форма, закон, конституция не могут быть игнорируемые, когда молодое поколение коммунистов на окраинах игру в независимость отказывается понимать как игру, упрямо принимая слова о независимости за чистую монету и так же упорно требуя от нас проведения в жизнь буквы конституции независимых республик".

После XX съезда КПСС, который официально одобрил первую, хрущевскую десталинизацию советского общества, были опубликованы некоторые важные документы, которые в корне меняли устоявшийся взгляд на обстоятельства образования СССР. Среди них разрешили опубликовать один из последних документов В.ленина "К вопросу о национальностях или об "автономизации", продиктованный полупарализованным вождем 30-31 декабря 1922 г. Однако процитированный выше отрывок из сталинского письма Ленину трудно представить присутствующим в тех сборниках документов, которые выдавались в советские времена к каждому юбилея образования СССР. Он характеризует не только личные убеждения наркома по делам национальностей, не только позицию этого наркомата, но и всего центрального правительства, Центрального комитета РКП(б).

До этого письма Сталин приложил записку человека, который в то время возглавлял ЦК КП(б)У - Д.Мануїльського. Этот, по словам генсека, "липовый украинец" был убежденным сторонником вхождения УССР в состав Российской Федерации на правах автономной республики. Он даже делал попытку теоретически обосновать целесообразность и необходимость такой реформы. Довольно небрежно Сталин вспоминал в конные этого письма о позиции Х.раковского, который был, "как говорят", против предложенных комиссией изменений в государственном устройстве.

Х.раковский в это время находился на отдыхе в Крыму. Свою позицию в проблеме взаимоотношений республик он изложил Ленину при личной встрече в августе, а 28 сентября направил в ЦК РКП(б) официальную докладную записку с обоснованием негативного отношения к принятому комиссией оргбюро решение. "Вместо того, чтобы довести начатое строительство до конца, - писал он. - поставив ясно и определенно вопрос о формах нашего государственного жизни и о построении наших центральных органов, вместо того, чтобы произвести настоящую федерацию, которая обеспечивала бы для всех одинаковые условия революционного строительства, объединила бы рабочий класс всех национальностей России на принципах равноправия, данный проект проходит мимо этого задания".

Позиция Х.раковского, как и крайне негативная резолюция руководителей Компартии Грузии по поводу проекта "автономизации" (Г.Орджонікідзе отклонил эту резолюцию и известил Сталина от имени ЗСФРР, что проект принимается), заставили Ленина задуматься. Его личное отношение к любой изменения статус-кво, то есть "договорной федерации" было отрицательным. Это устанавливается с абсолютной достоверностью начальным предложением с продиктованной им 30 декабря 1922 г. статьи

"К вопросу о национальностях или об "автономизации"". "Я, покажется, - признавался он, - очень виноват перед рабочими России за то, что не вмешался достаточно энергично и достаточно резко в пресловутый вопрос об автономизации, которое официально называют, кажется, вопросом о союзе советских социалистических республик".

В ситуации, которая сложилась после принятия комиссией оргбюро ЦК РКП(б) проекта "автономизации". В.ленин должен был высказаться по существу. То есть, отрицая "автономизации", он вынужден был предложить нечто иное в области взаимоотношений между независимыми республиками. Как уже указывалось, оставлять этот вопрос в подвешенном состоянии он не мог