Территория снаПрошлый век начался выходом книги Зигмунда Фрейда, название которой у нас не совсем удачно перевели как «Толкование сновидений». Научный труд превратился в эдакий сонник для просвещенных людей, и по сей день у широкой публики Фрейд ассоциируется с символическим значением приснившихся полетов, вертикальных объектов и тесных комнат. Но младшего современника и соотечественника Фрейда, практикующего венского невропатолога Константина фон Экономо,интересовали не сновидения, а сон как особое физиологическое состояние. Экономо опубликовал в 1916 году статью об энцефалите (воспалении мозга), приводящем к летаргии. Исследования энцефалита вдохновили его на поиски «центра сна» в мозгу.

Еще через полтора десятка лет Экономо в «Журнале нервных и умственных заболеваний» предполагал, что этот центр располагается в переднем отделе гипоталамуса («Journal of Nervous and Mental Diseases», 1930, т. 71, «Sleep as a Problem of Localization»). В мозгу множество отделов с интересными названиями. Для на- чала запомним то, что «растет сверху» и «под» — эпифиз и гипофиз. Таламосом греки называли всякое возвышение (отсюда эпиталама, то есть торжественная песня, гимн новобрачным, восходившим на брачное ложе). Под таламосом, или таламусом (по-русски эту часть мозга так и называли бугром), располагается подбугорье, гипоталамус — орган нейросекреции и центр вегетативной нервной системы. Он регулирует эндокринные функции мозга. Гипоталамус тесно связан с гипофизом: можно сказать, что первый формулирует приказы, касающиеся работы организма, а второй передает их по инстанциям с помощью гормональных сигналов.

Известно, что гипоталамус реагирует на продолжительность светового дня (а кроме того, на обонятельные сигналы, маркеры стресса, изменения температуры, голод и жажду). Сам гипоталамус синтезирует в ответ рилизинг-гормоны (от англ. release), они же либерины, которые поступают в гипофиз и способствуют высвобождению его гормонов, а также статины — ингибирующие гормоны, которые, напротив, тормозят их высвобождение. Так, под управлением гипоталамуса находятся адренокортикотропный гормон, регулирующий синтез и секрецию гормонов коры надпочечников, гормоны роста и лактации (отделения молока у кормящих матерей), фолликулостимулирующий гормон, управляющий работой половых желез. Именно через гипоталамус регулируются суточные колебания температуры нашего тела (она меняется на десятые доли градуса — недаром большинство людей, засыпая, стараются укрыться потеплее, а страдающие ночной бессонницей жалуются, что не могут согреть ноги), изменения уровня гормонов в крови, усиление и ослабление голода и проч.

Говоря о гипоталамусе, нельзя не упомянуть хиазму, или перекрест зрительных нервов. Точно над пере- крестом лежит группа из нескольких тысяч клеток, получившая название «супрахиазмальное ядро», СХЯ (по-английски SCN — suprachiasmal nucleus). Очевидно, это и есть тот самый «центр сна», который искал Экономо.

Сегодня мы знаем, что СХЯ по своей функции — то, что компьютерщики называют «хаб» (hub): узел, в котором сходятся и переправляются по назначению и зрительная информация (в том числе изменения освещенности), и обонятельные сигналы, и сигналы «голодных» нейронов, и т. д. В 1970-е годы было показано, что именно эта структура управляет суточными ритмами организма. Крысы и хомячки, у которых разрушали или удаляли СХЯ, утрачивали нормальный ритм сна и бодрствования, и более того, ритм воз- обновлялся, когда удаленный фрагмент ткани пересаживали обратно.

Недавно была высказана и экспериментально подтверждена остроумная гипотеза. Похоже, СХЯ управляет генными биочасами, находящимися в каждой клетке организма (о них речь впереди), причем удивительно элегантным способом — изменяя температуру тела. Если это так, то суточные колебания нашей температуры — не случайный побочный эффект, а ключевой регуляторный механизм, та самая рука, которая подводит стрелки, выставляя правильное время на всех часах («Science », 2010, т. 330, № 6002, с.379—385; научно-популярное изложение этой интересной работы можно найти на сайте «Элементы», http://elementy.ru/ news/431454). Примечательно, что, если принудительно изменять температуру самого СХЯ, на его ритмы это не повлияет.

В разгар войны, в начале 40-х, была открыта ныне несколько подзабытая ретикулярная, или «сетевая», формация ствола мозга. Ее одно время рассматривали как главный «генератор» чередования циклов сна и бодрствования. В норме ее нейроны как бы запирают мозг на время сна, не пропуская далее в спинной те же двигательные импульсы: мы не ходим во сне, даже если нам снится, что мы идем. Она также регулирует уровень сознания (переходы от сна к бодрствованию и обратно), воздействуя на нейроны коры.


Загрузка...
Яндекс.Метрика Google+